a.d. убить убийцу времени чтобы он перестал убивать время

in progress

ты пишешь редко
твои слова совершенны в своей простоте
ты постишь волшебные фотки, над которыми я торчу и зависаю молча не отрываясь разглядывая их отражения в своей памяти
то что я всегда чувствовал, но никогда не смог бы сказать, легко покоряется тебе
я просто рад читать тебя

так было раньше, и сейчас ничего не изменилось. кроме того что ты больше не пишешь

a.d. убить убийцу времени чтобы он перестал убивать время

*

каждый день, просыпаясь, я счастлив. потому что этого утра могло и не быть

*

*

по мне так я могу влюбиться только в того, кто круче чем я сам. с моей точки зрения

я постоянно говорю ‘я’, ‘мне’ не потому, что я зациклен на себе, а потому что про себя я могу сказать хоть что-то. обобщения не в моей власти, я не могу говорить за неизвестных мне других и про всех сразу. это невозможно, мы одинаковые, но слишком разные

*

*

когда я родился, мне был доступен определенный спектр возможностей, может пошире чем у одних, и поуже, чем у других. как если бы я был прожектором, а мои возможности — светом от этого прожектора. может быть по сравнению с другими мой прожектор вообще светил в неведомые ебеня, хрен знает, но скорее всего нет — примерно в ту же сторону что и у других. и вот, я вижу, как идет время, мой прожектор постепенно приближается к стене смерти, и размах светового пятна на финише, символа моих потенциальных возможностей, становится все уже, и уже, пока однажды не превратится в точку и не погаснет

может пару раз я и развернул его чуток, но все же на 360 градусов прожекторы не светят никогда ) это вам не лампочка, епта

*

*

умный я или дурак, красив или безобразен — никому нет до этого дела. важно лишь одно: хорошо со мной, или нет

*

*

когда знаешь наперед результат всего что ты делаешь, жизнь становится бессмысленной

*

*

о, если бы я хуярил опиаты как некоторые товарищи лет 100-150 тому назад, каким бы тогда мог бы быть мой поток сознания ))

*

*

там, где нет развития, есть лишь угасание и смерть

*

*

‘Во многих отношениях разделен человек на части, слит из крайностей; он не то чистое, ясное пламя, каким был ты когда-то. Интеллект его часто воюет с эмоциями, воля — с желаниями… идеалы его не в ладах с окружающей действительностью; если он следует им, то в полной мере суждено познать ему утрату старых грез, а если не следует — причинит ему муки отказ от мечты — новой и благородной. Что бы он ни делал, все для него и находка, и утрата; и прибыль, и убыль. Всегда оплакивает он ушедшее и боится того, что таит в себе новое. Рассудок противится традиции. Эмоции противятся ограничениям, которые накладывают на него его собратья.’

*

*

‘посвящается Роджеру Желязны — ткачу золотых историй’

*

*

— у меня кровь на бутерброде, мне не нравится
— а я обожаю кровь. она соленая, вкусная

всегда приятно с детьми позавтракать

*

*

я стою перед входом в пещеру на берегу сказочного ручья. отвесный склон горы покрыт корнями деревьев, которые проросли десятки метров замшелых камней и песка, чтобы внизу проползти между валунами и скрыться в ручье у меня за спиной. и где-то рядом находится он, я не вижу его но чувствую

— Теперь все иначе. Ты будешь повиноваться мне — говорю я
— Глупцы охотятся за талисманом и золотом, а находят лишь свою смерть — было мне ответом
— Мне нужен лишь талисман
— Бери и сражайся
— Да, учитель
— Ты говоришь на языке?
— Да, учитель

невозмутимый диалог тех, кто знает правильные вопросы и правильные ответы. диалог на странном, гулком языке. должно быть так могли бы разговаривать скалы

и вновь все сначала. я прыгаю вниз по корягам оплетающим отвесный склон, скрываясь от парочки, которая пришла туда, где я сам когда-то сидел с девушкой на берегу. я не первый раз прихожу за талисманом

и снова я интриговал и раскаялся. зная о вражде одного человека, я сделал так, чтобы он поверил что его дочери грозит опасность, и он поверил. когда я решил рассказать об этом, то пока я говорил стоя перед его окном, он выкинул мне из окна отрубленные руки, а потом ноги. ноги были в красивых сапогах из красной кожи, я даже засмотрелся. такой уж у нас был диалог: я говорил слова, он совершал поступки. когда я почти закончил историю, он вышел и не говоря ни слова отрубил мне голову. я упал и чувствовал, как он без конца рубит и протыкает мое тело, но я не умер. какое-то время я провел в темноте своего расчлененного тела и думал ‘ну что ж, подожду пока проснусь и воскресну’. вскоре я проснулся, и снова оказался на том берегу. встречаться с тем человеком еще раз мне ооочень не хотелось

*

*

куда я иду и зачем по этой горной дороге? справа и слева вверх тянется зелень и корни деревьев, и слышно как где-то течет родник. а передо мной люди, кто-то сидит по-турецки, кто-то лежит или полулежит. они покрыты яркими желто-зелеными растениями, которые атакуют своей зубастой приплюснутой пастью-бутоном, похожей на большой бургер. бросаются на всех кто подходит близко — прыгают на своем стебельке примерно на полметра, и в случае промаха разочарованно возвращаются на место и застывают в ожидании. сантиметров по десять в диаметре бутончики, но совершенно не страшные, словно оригинальные игрушки. и зубы словно не зубы, а так — что-то мягкое и неопасное

зато если такая игрушка попадет в цель, то у нее будет новый сидячий или лежачий человечек. и у человечка будет совсем мало времени чтобы придумать как снять эту штуку, потому что совсем скоро их как по волшебству станет две, а потом три. и человечек уже не избавится от них. я вот еле успел, когда в конце пути через это сидячее хищное царство мне не удалось увернуться и меня цапнули

*

*

интересная игра — ‘игра времени’. есть большая доска, на доске есть выемки под треугольные фигурки, фигурок множество и они разной высоты и формы. необходимо поместить облюбованную тобой фигурку на доску рядом с другими так, чтобы на одной из сторон группы фигурок получилось изображение, которое загадали на этом ходу. есть множество комбинаций, у комбинаций есть имена, например ‘барсьен’. женщина-игрок как раз собрала ее

мы играем над обрывом на берегу океана, и пока они ходят я смотрю как в опускающемся на берег сумраке загораются золотистые огни. внизу раскинулась зона отдыха с причудливыми отелями и зеленью, только не видно людей. может мы живем там? мой ход

*

*

я стал знаменит благодаря женщине, кагану и чернильному перу в его горле. половина орды ушла, вот так-то

мне снился самоубийца-террорист у моего дома

мне снилось воплощение правила ленты, изогнутой в одну сторону: не любишь родителей, не любишь и детей, ну и по аналогии. оно было мной недовольно

*

*

мне снилось, что я нахожу ее спящей на черном постельном белье, на кухонном диванчике в нашей старой квартире. я смотрю как она закуталась в это черное одеяло, и я так рад! я понимаю ее, она спит так по привычке, для того чтобы не мешать остальным собираясь утром на работу. она уступила мне свою постель, хотя могла бы этого не делать, но я не сплю, я не могу спать. я сижу и смотрю как спит она, и мне этого довольно

а остальных нет. есть я, она, и два дня. два дня я могу заботиться о ней, не думая о том, почему мы тут вдвоем и где ее семья. мне ничего не надо, только видеть ее и идти вместе к метро по утрам. побыть рядом немного, а потом проснуться

*

*

мое настроение переменчиво словно ветер

*

*

она мне снилась
и это восхитительное сочетание моей вежливости, наглости и ощущения ее правоты, правильности ее взгляда на мир, вместе с моим желанием объяснить почему я поступаю так, как поступаю — это непередаваемо. каждый раз, когда мы разговариваем, я чувствую себя ребенком, впервые встретившим взрослого человека. я чувствую себя настоящим. ни говоря ни слова критики, она дает мне понять в чем и насколько я не прав. это волшебно, и больно, и вызывает восхищение

*

*

знаете, я считаю что талантливые писатели и сценаристы ничего не придумывают сами, им просто замечательно удается передать нашу реальную жизнь. именно поэтому так важно общаться с самыми разными людьми, иметь максимально широкий круг общения, наблюдать и понимать других людей. может я сказал бы лучше, но мысль промелькнула, и её больше нет

когда я пишу меня отвлекает форма, и содержание ускользает словно сон, который миг назад был таким полным и ярким деталями, а сейчас даже сложно припомнить что снилось

*

*

какой суматошный день! уже неделя прошла как Сербия вступила в войну, и вокруг суета, но этой комнате нет дела ни до чего за ее пределами. в этой комнате совершенно другой мир. в этой комнате царит прохладное спокойствие, и стоит пара кресел, и диван, и книжные шкафы вдоль стены, и ветер играет в занавесках у распахнутого окна. и большой письменный стол с громоздким стулом. и еще в этой комнате трупы, которые я с трудом успеваю распихивать под стол, в диван и кресла. суета. интриги. граф стремится оттянуть реформы пока страна не присоединится к начинающейся войне и про них не забудут, но проигрывает в дуэли и умирает на берегу пруда рядом со своей каретой. умирает граф, и его кучер. их роскошные шпаги так и остаются лежать на зеленой коже письменного стола

я сижу в кресле, и смотрю как открывается ниша в книжном шкафу и когтистая рука утаскивает тело за телом из под стола в открывшийся проем. сколько тел туда последовало? я не помню. я был там, но не помню что там. помню лишь страх, ведь я боюсь таких тесных пространств. а рядом со мной, в кресле слева сидит она, черноволосая и темноглазая, в зеленом платье. сидит и слушает. ради нее я готов забить на страх и снова забраться в этот шкаф. там, где она прошла в полный рост, мне приходится ползти в тесноте. ползти, и бояться портьер слева от меня

а в конце
в конце меня ждет анфилада комнат. некоторые из них переходят в горную террасу, а в некоторых горят свечи и тени играют на портьерах и длинных столах вдоль которых расставлены шикарные стулья. и в одной из этих комнат меня ожидает Джек. ‘Джек! неужели это ты, Джек?’

*

*

‘Эрик, я больше не хочу так. Ни так как у нас, ни так, как у вас. Пусть этот раз будет последним, давай убьем друг друга и покончим с этим’

Эрик молча соглашается, и мы пьем. девушка между нами так красива, так красива. но кто она? на пляже рядом с причалами догорают тела воинов, напавших на мой дом. они слаженно высаживались на берег, слаженно выстраивались для штурма и так же слаженно горели, когда из песка под их ногами выплеснулась волна ярко-орнажевого пламени. в первые секунды не было ни воплей, ни вони, ни черной копоти — только несколько сотен черных силуэтов тонущих в огне

*

*

я брожу по городу будущего. перед моими глазами панель управления видимая только мне, в голове компьютер. спутники высоко над нами словно мои родные органы, стоит лишь подумать и реки сигналов текут туда, куда мне нужно. я хочу перейти дорогу на красный свет? я думаю об этом, и толпа людей начинает переходить трассу чтобы остановить поток машин. я управляю всем, и всеми

*

*

я брожу по квартире в недрах горы. прачечная, кладовки, жилые комнаты, помещения в которых лишь грубые каменные стены частично прикрыты не менее грубыми досками. мы ищем выход, потому что все узкие тоннели и штольни ведущие вверх завалены. в темноте каменных тоннелей ярко светятся изумрудные булыжники торчащие из стен чуть выше земли, вокруг них воздух словно густеет, образуя красивое марево. мне нельзя их трогать, иначе моя плоть стечет с костей словно кисель

*

*

чем дальше человек от объективного восприятия, тем больше он должен не ценить себя, чтобы восхищаться кем-то. так мне кажется

*

*

о, а еще мне снился Игги Поп, поющий на ступеньках в нашем парке, рядом со своим плакатом. он моложаво выглядит, а я бегу мимо по своим делам и кричу: ‘привет, парень! как дела?’. ‘меня люди боятся’, отвечает он смеясь. ‘а его?’, тыкая я пальцем в плакат. неплохо ведь намекнуть, что я его узнал. Игги расхохотался, ведь на плакате он стар и потрепан излишествами а на ступенях молод и весел со своим голым торсом и микрофоном в руке. мы стукнулись кулачками, и я побежал дальше помахав ему рукой. меня ждет расколотый дуб, который мне не терпится спилить, и представление кукольного театра, и может быть кто-то из исторических персон, из тех кто умер не успев услышать как поет Игги но все же как-то оказался в этом зеленом парке

мне снился гигантский замок, просто чудовищный. 138 тысяч степеней ведут в подвал, лифт перемещает с первого этажа на второй около часа, передвигаясь вверх по отвесной скале, затем по рельсам на извилистой насыпи, а в конце падает в пропасть, где в полете крюк лифта должен зацепиться за трос, по которому мы спустимся в место назначения. а всего этажей восемнадцать. мой пропуск по замку написан на шоколадной стороне половинки песочного печенья, и я то ли гость, то ли пленник. средневековая стража, и всадники скачущие вдоль рельсов рядом с лифтом и навстречу ему

нам нравится скользить на роликах по спиралям тросов, и впереди меня так же скользят незнакомые люди. я говорю ‘а вдруг сзади извращенец?’ и лапаю чей-то зад под задравшимся черным платьем. ‘ты сделал это с умыслом?’ спрашивает она меня когда мы оказались на земле. ‘нет, но могу повторить умышленно’

хозяин замка настолько богат, что мог бы построить его целиком из золота. еще бы, ведь спуск в подвал на лифте стоит шесть тысяч шиллингов. а другие перемещения — еще больше. его не любят

а еще мне снилось весеннее черное поле, вспаханное и свежее, с собственным восхитительным ароматом. и несколько больших тридцатилетних березы на краю поля, таких, на которых растут яблоки

*

*

жизнь не дает мне скучать. новые люди, причем интересные люди, волшебство общения и безумные сны

мне снилась небольшая пустынная долина окруженная бурыми скалами. среди песка и пыли подгоняемых ветром кружили кольца, сплетенные из колючих ветвей и черных молний. они вращались вокруг невидимой оси в полуметре над землей, завораживая своим переменчивым видом. мы, охотники, тщательно готовились к нападению на них — был взят запас припасов и оружия, был план, но все пошло наперекосяк. стоило нам лишь тронуть их как конструкции из веток превратились в трехметровые белые человекообразные фигуры с черными масками вместо лица. в то время как я отстал, они разметали нашу защиту и убили всех из первой группы, не тронули лишь командира. одна из фигур взяла у него книгу, и медленно указала узловатым пальцем на выход из долины

этот выход привел нас в большую кухню, такую какие бывают в местах, где необходимо готовить для большого количества людей. белый кафель, столы из нержавейки и окна для передачи продуктов и предметов. и больничные койки, металлические койки на которых лежат и сидят люди. кто-то только попал сюда и еще цел, а у кого-то не хватает конечностей. при мне какие-то люди завозят других людей, безногих, с обрубками замотанными в бинты. бинты и кровь повсюду. теперь мы еда, которая должна оставаться свежей, поэтому от нас отрезают части, чтобы кормить хозяина долины. мы сидим и ждем, когда же придет наша очередь, и это ожидание ужасно. когда двое людей собираются кромсать моего друга, я нападаю на них и мне легко удается задушить одного из них, но второй превращается в кошку, красивого абиссинца. я пытаюсь задушить ее, но это не срабатывает и я заламываю голову этой несчастной кошки до хруста, а потом кладу мертвое тельце в белый поддон с каплями нашей крови. мне больше не страшно

*

*

мы все самоубийцы. мы, те кто недостаточно старался жить

*

*

иногда кажется, что все действительно движется по кругу. кого-то посещает озарение, он думает что крут, или он действительно крут, а на самом деле — он просто повторяет пройденный кем-то путь. почти всегда. путь, пройденный шариковой ручкой в чернильном круге. она беспрерывно ведет свою линию много раз пересекая точку отсчета, но все же иногда вырывается за пределы. и круг растет

*

*

мне снилось море, длинный каменный пирс, деревья и кустарник растущие из воды там и сям и люди, преследующие нас на пути к нашему кораблю. мы отплыли, и сделали что-то такое, что перед пирсом стала расти волна. охуительно высокая волна, вокруг которой клубились тучи и сверкали молнии. я стоял и завороженно смотрел, как эта волна слизнула и унесла тех, кто в ужасе бежал к берегу по узкой каменной полосе пирса

море было совершенно удивительное. из воды росли деревья, а на водной глади были холмы, долины, и даже обрывы ничего общего не имеющие с водопадами. мы плыли вверх и вниз, и падали с обрывов на водную гладь внизу, пока не пристали к песчаному берегу недалеко от дома, в котором жили мои родители. берег прошлого, в котором я еще даже не родился. они были так молоды, и я чувствовал робость перед встречей с ними. и то, что корабль был моим не придавало мне уверенности

было забавно сказать матери, что я еще не родившийся младший брат ее мальчишки-сына. а отец, еще живой, был почти моей копией. точнее, я его. я не смог поговорить с ним, меня как обычно бывает и наяву переклинило, и я ушел посмотрев на него лишь мельком

*

*

священник нужен тем, у кого нет друзей. тем, у кого нет никого кому можно было бы сказать правду, тем кому остается только на исповедь пойти чтобы выплеснуть настоящее

зачем нужен храм? да затем же, зачем нужен тренер в спорте. можно дохуя стараться, а толку не будет если таланта нет. а талант — вещь редкая, и в том что касается веры тоже. и даже если талант есть, это не значит что ты не делаешь ошибок, так же как это не значит что тренер их увидит если ты к нему придешь. и все же, именно талантливые люди идут дальше установленных пределов

а глупцы куда только не идут. и задача церкви отчасти в том, чтобы избавить новые поколения от труда в прохождении уже пройденного пути и в то же время объяснить в чем состоит безумие тех глупцов

*

*

мне тут снилась пробежка, в процессе которой я понял что я не руфер ) мы бежали вверх по немного кривоватой бетонной лестнице висящей в пустоте. довольно долго бежали, мне было легко, и как всегда в таких случаях я немножко отстранился от происходящего и погрузился в мысли. так было до тех пор пока лестница не привела на крышу длинного бетонного здания, по которой мы и побежали дальше. крыша была устроена очень интересно — она тоже как будто состояла из ступеней, ведущих от конька к самому краю, сбоку от которого над пустотой висела невысокая кованая ограда. путь нам каждые несколько метров преграждали стены подходящие к самому краю, так что по сути мы могли бежать лишь по самой крайней ступеньке-полосе, ширины которой не хватило бы и на то чтобы встать двумя ногами. пробегать мимо стен чуть свешиваясь над краем и хватаясь за ограду мне становилось все очковее, потому что чем дальше мы бежали, тем более хлипким и раздолбаным становилось ограждение. мне было уже не до мыслей, я с трудом держался на этом сраном краю. и мне стало настолько страшно, когда я увидел что мы почти достигли края дома и ограды дальше нет, что я проснулся. сердце билось будь здоров! и мне все еще было очень страшно

забавно что сон нереален, а мы некоторые вещи проживаем и там и тут. можно кончить, можно смеяться в голос или испытывать ужас, можно радоваться или чувствовать боль. много чего можно. а было бы забавно если бы мое тело колотилось об стены комнаты, пока я во сне летаю )) но видимо это только мозг путает реальность и сон. вот бы побыть во снах гением и что-нибудь такое придумать, чтобы проснулся, записал, и пиздец полный

*

*

мне сегодня опять снилось, что мой любимый стеклянный кубик на работ исчез чудесным образом за одну ночь, да так что никаких следов не осталось словно его никогда и не было. меня это конечно же бесило. зато Костя дал мне ключи от своего байка, чтобы я мог забрать белое детское кресло. байк находился в каких-то ебенях, так что мой поход за креслом в итоге превратился в несколько фееричных путешествий по одному и тому же маршруту

ни в первый раз, ни в последующие байк я так и не нашел, хотя в первый шансы были неплохие. скажем, хоть какие-то были. но я не нашел, и с трудом забравшись по осыпающейся стене оврага шел по незнакомым дворам каких в природе не бывает (ну только не в тех городах что я знаю) куда-то в сторону ИБХ, как мне казалось. по дороге я встретил двух девочек-подростков, которые спросили у меня не знаю ли я где неподалеку банкомат, через который можно положить деньги. я пошутил что я и есть банкомат, и взял у них тысячу рублей пообещав кинуть деньги через мобильный банк. какое-то время мы шли вместе, и мне все сильнее казалось что я откуда-то их знаю, словно они учились со мной в школе в классах помладше. но тогда они уже не могли бы быть подростками! и одежда как будто бы та же что и в позабытом прошлом. «откуда-то я вас знаю» — сказал им я, но они ничего не ответили, только внимательно посмотрели на меня

потом одна из них исчезла, а я смотрел в глаза ее подруге и не мог понять, притягательные они или отталкивающие. чем дольше я смотрел, тем менее человеческими они казались — белок отливал перламутром, и словно бы появилась вторая радужка и второй зрачок. удивительное ощущение, когда не можешь понять нравится тебе то что ты видишь или нет. я уже забыл куда шел, забыл про свои дела, мы стояли и молчала смотрели друг на друга, но молчание нам не мешало. а потом она подошла ко мне вплотную и поцеловала и хрен знает что было дальше. я обнял гибкое тело в черной футболке и наступила темнота. когда темнота прошла, девочка исчезла, а я отправился в новый поход за детским креслом

и напоролся на племя оборотней, огромных тварей похожих на помесь волка с леопардом. тело от волка, окрас от кошаков. размеры вообще как хуй знает от кого, так и хотелось сказать «так не бывает!». и опять я карабкался по осыпающейся стене оврага, но уже гораздо энергичнее. и я свалил оттуда

тем не менее, через какое-то время я снова туда пришел. и снова столкнулся с оборотнями, но убежать мне уже не удалось. меня догнал их шаман, чей окрас посерел от времени. я схватил его за верхнюю челюсть и показал фокус с выворачиванием ее к загривку, пока что-то не сломалось и из его неба не показалась белоснежная кость. самому не верилось что руки выдержали и я смог это сделать! пока я с ним возился, нас догнали остальные, и их было столько, что я хмыкнул и с задором подумал «как же объяснить потом народу, что забрать детское кресло может быть такой ебаной проблемой?». зажатый между зарослями и обрывом я отступал от напирающей стаи по узкой полоске земли, а их становилось все больше и больше, даже щенки пришли. ситуация совсем выходила из под контроля, я без плана и цели карабкался на четвереньках куда-то вверх отпихиваясь ногами от нападавших, и хорошо что мы все были в невыгодном положении. закончилось все тем, что я стоял держа за шкирку какого-то щенка в вытянутой над обрывом руке, а вокруг была прорва оборотней. я судорожно толкал речь про то, что мол мы же можем жить в мире, и я могу помочь им адаптироваться в мире людей. я говорил и понимал, что да, можем, да, могу, но они не хотят этого так долго, что это нежелание уже превратилось в принцип их жизни, и если я срочно не придумаю как сделать чтобы захотели, то детское кресло мне уже не понадобится. вдруг я перевел взгляд на щенков, и увидел ее. маленький пятнистый щенок с изумрудно-зелеными глазами без каких-либо намеков на белок или радужку. те же горящие зеленым огнем глазницы, что и других, у тех что не принимают человеческий облик чтобы их правила и ненависть не ослабли. «это же была ты! это точно ты! ведь ты не испытываешь такого неверия что не может быть иначе» — крикнул я. и что-то я там еще нес, но эти слова были и самыми важными, и правильными. кажется они даже почти согласились меня сначала послушать, а потом уже убить. а от нее исходила почти ощущаемая физически тяга ко мне и радость от того, что я ее узнал. я что-то говорил, но наш конфликт с пятнистыми внутри меня уже отошел на второй план. мне хотелось снова увидеть ту девочку, почувствовать те странные чувства симпатии и глубокого родства двух незнакомых людей молча идущих рядом. глупая девочка, живущая в других отношениях со временем, почему мы никогда не встречались, но я испытываю радость и сожаление глядя на тебя даже в таком виде? как будто нас что-то связывает. неужели все из-за того, что ты почему-то влюблена в меня и так отважно рискнула заплатить непомерно высокую цену? это поражает меня. и в надежде на что — что тот самый незнакомец тебя почему-то узнает, не пройдет равнодушно мимо. что ж, я только что узнал тебя в третий раз. мне кажется что я не помню или не знаю чего-то очень важного про нас. и Костя, блять, как ты ухитрился припарковать тут свой БМВ? ты что, издеваешься? ты пятнистый ренегат, служитель офиса, или это попытка меня убить и никакого байка нет, и кресла нет? и нахрена мне вообще это кресло?

но это было лишь финалом этой ночи. ведь до этого я гонял по городу на туареге, и при этом не мог пошевелить ногами. безумно неприятное ощущение, когда ты пытаешься двинуться, но силы словно утекают и ничего не происходит. не получается найти педали, я даже не знаю есть ли они и я лечу по городу в сантиметрах от автомобилей и людей. «ну все, пиздец, Ирка меня убьет», думаю я. это же ее машина. потом оказалось что педали почему-то на пассажирском месте, их штук девять и расположены они в три ряда, да еще и подписаны. бред короче

как я это ненавижу! встречать во снах места, в которых мое тело начинает выкобениваться. ну ладно, ну есть дверные проемы в которые я не могу пройти, ну зачем же весь сон туда переться теряя зрение и силы и не продвигаясь ни на шаг? а каково иметь конечности, которыми нельзя пошевелить даже если напрячь все силы? отвратительно и непреодолимо

в общем, после этого мучительного бессилия я сидел на тротуаре неизвестного города и угарал над тем как шпана раз за разом притаскивала кучу навоза на капот машины дворника, и потом убегала от него. этакие разборки между дворником и дворовым братством. каждый раз они проявляли чудеса изобретательности, так что бы он ничего не заметил пока дело ее будет сделано. в конце концов он одного из них поймал спринтерским рывком (что выглядело мегаугарно — двухметровый дворник с бородой лопатой в брезентовых штанах и куртке валит за пацаном по тротуару) и на разборки со стороны ребят пришел седобородый кряхтящий старец, который немедленно был взят за шкирку и закинут на ближайшее дерево. пока я валялся со смеху, окающий дворник и старец-балагур договорились и пришли к миру. старца спустили, но оказалось что у него что-то с ногой. дворник тут же стянул с деда валенок, глянул и протянул: «ааа, ну это мы мигом» и дернул старикана за какую-то кость. кость хрустнула, а дед завопил: «ой сынок, полегчало-то как! я ж на этой ноге уже лет лет ковыляю, а тут как новенькая! и хуй что-то тоже заболел». цирк, ну

потом я встретил этого «деда». это был черноволосый юноша, мастер перевополощения, и я знал как получить от него то что мне нужно. все дело в том, что в отличие от него я знал его мать и знал где ее найти, ведь я не раз наблюдал за ее фотосессиями — мне нравилось смотреть на ее живое тонкое лицо, почти все время закрытое черными прямыми волосами и наблюдать за калейдоскопом помады на безупречных губах, бывших ее визитной карточкой и центром любого кадра. и от нее мне тоже было кое-что нужно. мы все участвовали в многослойной интриге и я утопал в адреналине оскорбляя и похищая людей, зля могущественного и злопамятного человека для того чтобы в финале умереть в нужное время и в нужном месте и сбежать с его красавицей-дочкой. хрупкая модель выдает гениальное представление словно празднуя долгожданную встречу с сыном, влиятельный господин отряхивает грязь с безумно дорогих брюк пока я напялил улыбку конченного дебила и мямлю извинения, этот же господин раз за разом получает по башке деревянным молотком пока его не спасут слуги услышавшие стук ) пацан. зачем мне нужен был тот пацан?

так жаль, что я не могу передать картинку, эмоции, слог. ведь каждая фраза была маленьким шедевром, или по крайней мере казалась им

*

*

по мне так уважение и авторитет зиждутся на доверии. если я уважаю человека, значит я, даже если не согласен, готов выслушать и обдумать его слова. то есть я доверяю человеку и считаю, что он говорит мне правду — в том смысле, что его слова может быть и не истина, но он в них верит. если я доверяю чужому мнению больше, чем собственному, но при этом хоть как-то его критически осмысляю, то такой человек уже имеет в моих глазах авторитет

ну и конечно же, вершина всего этого — вера. мне говорят что солнце черное и поглощает свет, и я соглашаюсь, потому что верю

*

*

мне снилось безбрежное прозрачное ночное небо с невозможным количеством звезд… и реклама корпораций между ними. красочные логотипы компаний покрывающие паутиной темное небо, схемы так гармонично вписывающиеся в картину наших созвездий. мне снился посланник на троне, бойня у его ног и такая яркая артериальная кровь! и брошюра со стихами про Пасху на первой странице, брошюра, которую мне дала она. прекрасными стихами, слогом похожими на произведения Гёте

мне снился кошмар про то, что я сменил работу и безумно тупил. я не мог переписать простой пароль, который дал мне Томас, мой новый босс. он диктовал, он давал мне распечатку, но я все равно не мог это сделать. так же, как не мог выполнить простое поручение

*

*

как бы мне избавиться от нищеты духа и слова?

*

*

если бы сейчас можно было модифицировать свое тело, выбирая внешность как одежку, то один из моих комплектов был бы таким: руки ниже локтя переходили бы в черные птичьи лапки с воронеными стальными когтями, загорелая кожа, глаза, меняющие цвет от небесно-голубого до антрацитово-черного и волосы из серебра. ноги от середины лодыжки превращались бы в сталь, а вместо ступней у меня были бы лошадиные копыта с гидравлическими амортизаторами

*

*

честно говоря вегетарианцы и веганы меня удивляют. о нет, я мб не стал бы спорить о том, что полезно для здоровья, а что вредно, я больше про моральную сторону вопроса. потому что как по мне, то растительная пища не менее живая чем любая бегущая прыгающая или летящая тварь. ешь ты траву или человечину, нет никакой разницы с точки зрения вреда живому организму

*

*

для того чтобы был эффект, правильные слова нужно услышать или прочитать в нужное время

*

*

кто-то говорил, что с наступлением ночи дружба между мужчиной и женщиной сильно слабеет. полностью согласен!

*

*

есть люди, которые необходимы мне как воздух. они не пишут мне и не звонят, а я не смею беспокоить их. просто у них все хорошо, а я очень хочу чтобы у них и дальше было все хорошо

*

*

для меня возраст вещь относительная и не важная. с точки зрения государства важно знать когда человека призвать в армию или отправить на пенсию (т.е. до каких пор заставлять работать :) ), но мне все равно сколько мне и окружающим лет. возраст окружающих я знаю с погрешность лет в десять, и она растет. и меня это устраивает

мне нравится быть младшим. иногда меня огорчает, что люди которые мне дороги с большой вероятностью умрут раньше, и я постепенно буду становится все более одиноким, но зато им с той же вероятностью не придется быть на моем месте. и меня это устраивает

*

*

мне снятся реки с прозрачной бирюзовой водой и песчаные пляжи на солнечном берегу. невероятно крутые серпантины проселочной дороги в светлом сосновом лесу и великан, который ловит сорвавшуюся с серпантина машинку как игрушку. мне снятся охотничьи аллеи в светлом бору, по дорожкам которых всадники свистя и смеясь гоняют невероятных зверей, зная что не будут их убивать. я хватаю за шкирку рыжего кролика с перепончатыми лапами, он верещит и жутко напуган, и выговаривает мне какая я свинья, когда я приношу его к другим таким же красивым мутантам

*

*

как приятно видеть пожилых людей, который все еще любят друг друга

при том что почти все вообще никого не любят
по настоящему

*

*

мне снилась крыса, здоровенная такая. и чертовски необычная — голова размером с собачью, чересчур длинное гибкое туловище длиной больше двух метров, словно это мурена а не крыса. и она разговаривала. не кот-баюн конечно, но все же

*

*

каково бы это было — мертвецу лететь в неизвестность открытого космоса сжимая в объятьях любимую дочь? лучшие похороны на свете для незаслуженно рано умерших

*

*

отчаяние и злость
у моего кубика в технопарке разобрали стеклянные стены, и хотя я требую вернуть все как было, я вижу что стекла и профиль уже использовали для других целей. меня раздражает внезапно начавшийся ремонт, раздражает что никто не спросил меня прежде чем курочить мой кабинет. он выглядит странно без двух стен, и я смотрю на его внутренности наклонив голову

ремонт длился одну ночь. как по волшебству все помещения корпуса были завернуты в белоснежный полиэтилен и малярный скотч, везде где-то что-то менялось и двигалось, а затем так же внезапно все закончилось. мне даже вернули стеклянные стены, только вместо больших стекол три на полтора метра проемы были закрыты обрезками разных размеров с неровными краями, которые вообще непонятно как держались на месте. вместо матовой пленки с внутренней стороны на них была наклеена бумага мягкого желтого цвета, местами отклеившаяся. как ни странно, комната получилась даже более уютной чем была

я обошел корпус разглядывая изменения и вышел на улицу. на стоянке я встретил интересного человека, с которым мы удивительно легко нашли общий язык и долго разговаривали обо всем и ни о чем. он оказался руководителем новой службы безопасности, куда более опасной чем та что у нас была. он мне чертовски понравился, и я решил показать ему наше здание

интерес и непонимание
иногда стоит войти в дверь, и мир сходит с ума. классическая лестница может превратиться в деревянную винтовую спираль без ступеней, а потом снова в лестницу или коридор, двери меняются местами и ведут в никуда, если вообще ведут. но самое неприятное — когда ты не можешь найти дверь, через которую вошел потому что ее больше нет

мы блуждали вверх и вниз от двери к двери, которые вели в пустые помещения, квартиры и частные заведения. большую часть из дверей я опасался даже попытаться открыть, на многих не было дверных ручек. мы блуждали до тех пор, пока не встретили девушку, которая специально пришла чтобы вывести нас оттуда. по ее словам, мы зашли в одно из нескольких мест здания, которое невозможно покинуть если у тебя нет специального предмета. этот предмет — полоска бумаги с надписью. проглоти часть полоски — и здание отпустит тебя. у меня она была, хотя я не знал ни о ее существовании, ни о том зачем она нужна

радость и волшебство
съев по клочку бумажной полосы мы оказались на небольшой многолюдной улочке. с одной стороны вдоль улочки стояли трехэтажные каменные дома, а с другой стороны за тротуаром начинался обрыв, вдоль которого тянулись заросли красивого густого кустарника высотой в человеческий рост

я кричал слова благодарности и звал эту девушку по имени. я очень надеялся, что она откликнется и придет, но она исчезла

улица мне очень понравилась. мои спутники куда-то пропали, и я гулял вдоль обрыва наслаждаясь солнечным светом и свежим дурманящим запахом листвы и цветущего кустарника

совершенно неожиданно я получил смс от нее. смс, от которого сжалось мое сердце. смс о том, что она беспокоится за нас и послала девушку чтобы вывести нас, смс с приглашением посетить одно необычное место. как же я был рад!

конечно я согласился. я съел еще клочок бумаги, и протянул руку к светящемуся золотому волоску в черном кусте с крошечными зелеными листочками. я взял волосок, и кустарник передо мной расступился, а я стал опускаться вдоль обрыва вниз, среди черных ветвей и корней торчащих из земли. изгибы золотистого волоса излучали мягкий свет, он был чем-то похож на невороятно длинную полоску тончайшего чечила плывущую в невесомости. я понимал, что если он оборвется я скорее всего умру, но совершенно не беспокоился и лишь завороженно смотрел вверх пока не оказался в зарослях такого же кустарника на берегу небольшой реки. там, под низким черным небом, я встретил людей и подружился с ними

но все, что занимало мои мысли все это время — то короткое сообщение от нее

*